Голоса в моей голове: от хаоса к согласию

Внутренние голоса и части не возникают случайно. Они формируются как вариант приспособиться к жизненному опыту, особенно если человеку долгое время приходилось жить в условиях опасности, непредсказуемости, эмоционального пренебрежения или насилия.

Ребенок может одновременно любить родителей и бояться их, нуждаться в поддержке и понимать, что за проявление чувств его накажут или отвергнут. Удерживать такие противоречивые переживания одновременно очень сложно. Тогда психика начинает разделять этот опыт. Одни состояния становятся более доступными, другие — словно отходят на второй план, сохраняясь в виде отдельных внутренних голосов или частей.

Каждый из них берет на себя определенную задачу. Один следит за безопасностью, другой не позволяет расслабляться, третий хранит боль, четвертый помогает терпеть, пятый старается предупредить возможную опасность. Именно поэтому внутренние голоса могут казаться настолько разными и даже противоречить друг другу.

Важно понимать, что голоса существуют не сами по себе, а активируются определенными триггерами. Например:

• после внешнего осуждения может усилиться голос внутреннего критика;
• после пережитого отвержения — активироваться напуганный голос;
• в ситуации угрозы или беспомощности — агрессивный защитный голос.

На практике голоса и части могут комментировать действия человека, призывать его к каким-либо действиям, критиковать, стыдить, «застревать» в определенных эмоциях.

Способы этих голосов и частей часто оказываются болезненными и деструктивными. Хотя изначально каждый из них выполнял важную функцию — помогал человеку сохранить себя и пережить то, с чем иначе справиться было невозможно.

Внутренние голоса и части могут выполнять разные задачи. Ниже приведены лишь некоторые из них. Это не исчерпывающая классификация, и у одного человека могут присутствовать сразу несколько таких голосов, по-разному проявляющиеся в разных жизненных ситуациях.

Враждебные и агрессивные голоса и части:

• Откуда берутся: возникают как ответ на агрессивную и недоброжелательную среду.
• Что делают: хранят в себе гнев и травматические воспоминания.
• Функция: помогают человеку быть начеку и не допустить повторения травмы.

Самоповреждающие и суицидальные голоса и части:

• Откуда берутся: возникают как ответ на игнорирование нужд человека, отсутствие навыков заботы о себе.
• Что делают: активируются, когда другие ресурсы не работают.
• Функция: становятся способом избежать непереносимой боли или непроизвольных мыслей (например, о причинении вреда другим).

Критикующие голоса и части:

• Откуда берутся: часто возникают как ответ на отношения с теми, кто хотел сделать нас лучше, кому мы были всегда недостаточны (даже если прямой критики не было).
• Что делают: прибегают к самоосуждению, чтобы защититься от внешней критики и стыда, предвосхитить их.
• Функция: пытаются помочь стать лучше, не допустить ошибок и достичь прогресса.

Имитирующие насильника голоса и части:

• Откуда берутся: возникают как способ выжить рядом с человеком, обладавшим полной властью, давая возможность обрести хоть какое-то ощущение контроля.
• Что делают: могут словно говорить словами насильника, быть к нему патологически привязанными, поддерживать его поведения и взгляды
• Функция: через перенятую агрессию защищают от осознания бессилия и беспомощности, которые человек проживал в моменты насилия, и помогают дать выход той защитной злости, которую невозможно было выразить тогда.

Недоверчивые и напуганные голоса и части:

• Откуда берутся: возникают как ответ на отсутствие опыта доверия и базовой безопасности или на опыт, когда быть видимым означало столкнуться с требованиями к себе.
• Что делают: следят за тем, чтобы человек ни на что не надеялся и ничего не ожидал, избегая разочарования, отвержения, фрустрации.
• Функция: следят за тем, чтобы человек больше не столкнулся с болью, которую могут причинить другие.

Диссоциативные голоса и части доставляют человеку дискомфорт, порой значительный. Представьте, вы хотите начать новое занятие, а голос в голове говорит «ты как всегда на середине пути бросишь, даже не начинай». Или вы разозлились на пешехода, который вас случайно задел и внутри появляются громкие слова «разберись с ним!».

Неудивительно, что появление таких голосов и частей могут вызывать у человека сильную реакцию. Например, страх: «неужели я могу навредить другому» или «этот голос хочет навредить мне». Они могут вызывать злость, от них хочется избавиться, хочется чтобы они «замолчали» или исчезли. Порой любой ценой. Но такой подход ведет только к усилению их звучания, внутренний конфликт, а то и борьба, увеличиваются.

Диссоциативные голоса и части сформировались не просто так. Они — то, что когда-то помогало жить или выживать в определенных условиях. Если для ребенка быть незаметным значило избежать опасности или оставаться частью семейной системы, то как один из вариантов внутри мог появиться голос, говорящий: «не высовывайся!». Тогда он несет в себе важное послание о безопасности или о том, чтобы удовлетворять одну из наших потребностей — быть в связи.

За деструктивным, пугающим, болезненным способом, которым он это делает важно услышать, что он хочет донести. Чтобы внутренняя «война» прекратилась важно понять, что голоса и части научились доносить до человека информацию так как могли научиться в той среде, в которой человек рос. Тогда начинаются переговоры, а то и диалог в которых становится возможным понять потребности и услышать о чем заботится внутренний голос или часть.

Благодаря этому появляется лучшее понимание своих реакций и потребностей. На избегание частей и голосов перестает тратиться внутренняя психическая энергия, освобождаясь для сегодняшней жизни.

Однако собрать такой разнородный «внутренний консилиум» в одиночку израненным частям не под силу — им нужен устойчивый, спокойный и взрослый арбитр. Нам нужна та часть личности, которая сможет посмотреть на конфликт со стороны, выслушать всех и организовать внутренний диалог без страха и осуждения. Этот арбитр — наше «Взрослое Я».

«Взрослое Я», или, как его еще называют «Здоровый взрослый», учит внутренние голоса и части новым реакциям и способствует внутреннему конструктивному диалогу. Он важен для нейтрализации и изменения дезадаптивных установок и развития сотрудничества внутренних частей и голосов через интерес, уважение, валидацию и сострадание. Эта часть нас отвечает за взрослые дела: работу, учебу, родительство, построение зрелых отношений, взятие на себя ответственности, заботу о себе и других.

«Взрослое Я» можно развивать в терапии, через героев художественных фильмов и кино, через коммуникацию с другими людьми, у которых эта часть развита. Важно то, что основа этой части изначально заложена в каждом из нас.

Услышать, что стоит за посланием внутреннего голоса или части, бывает непросто, и это фрустрирует. Именно «Взрослое Я» способно выдержать эту фрустрацию.

Дело в том, что наши внутренние голоса и части часто формировались в раннем детстве. Им нужно время на переучивание и на развитие доверия к тому, что новые способы вообще работают.

Представьте ребенка, который привык, что может получить желаемое только плачем. Он не сразу поверит, что спокойная просьба о том, чего хочется тоже может дать результат. И даже начав использовать новый метод, он все равно будет периодически возвращаться к привычным реакциям, пока новый опыт не закрепиться.

Но именно этот постепенный, небыстрый процесс шаг за шагом ведет человека к интеграции. К тому состоянию, когда голоса и части из разрозненных участников конфликта складываются в единую, слаженную систему.

Интеграция — это процесс, а не конечная цель или точка. В процессе интеграции голоса и части личности узнают друг про друга, учатся жить как единая команда, отличать внутреннее звучание (например, внутренний голос матери) от реального внешнего другого человека (реальной матери), осознают себя в настоящем времени, вне времени травмы, и учатся проживать опыт совместно. Например, совместно радоваться просмотру веселого фильма с детской частью или прислушиваться к голосу критика, который в результате переучивания стал звучать конструктивно, а не болезненно.

Человек начинает идентифицировать себя со своими внутренними частями: «та девочка — это я», осознавать то, что с ним произошло и смысл возникновения его внутренних частей и голосов. Появляется больше жизненных сил, фокуса на настоящем и будущем, спокойствия и ощущения того, что сложное прошлое закончилось.

Каждый внутренний голос и часть — это психический процесс, который когда-то пытался защитить человека и несет важную информацию о нем. Нет «правильных» и «неправильных» голосов и частей: все они элементы единой системы, и каждый заслуживает внимания.

Это не означает соглашаться со всем, что они говорят, но означает признавать их право быть услышанными. Именно так рождается внутреннее сотрудничество вместо внутренней войны. Это не быстрый процесс, но каждый шаг к сотрудничеству с собой возвращает жизненную энергию, которая раньше уходила на внутренний конфликт.

Для написания текста использованы материалы книги Долорес Москуэра «Внутренние голоса и диссоциативные части личности».